Колонка на "Культпросвете"
Feb. 10th, 2010 09:25 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
yusta_ya КАК ВЫРАСТИТЬ КНИГУ И НАПИСАТЬ РЕБЕНКА
А если кто-то хочет гарантированно вывести меня из себя, то вот вам готовый рецепт. Очень просто: выдайте в моем присутствии глубокий, гениальный, философский пассаж, в котором бы сравнивались, сопоставлялись, а еще лучше, отождествлялись дети и книги. Вот на дух не выношу. Потому что — нет большей пошлости на свете, как пели Никитины по другому поводу.
«Я два года ходил беременный этим замыслом!» — любят изрекать живые убеленные классики, кстати, все как на подбор основательной комплекции, не говоря уже о том, что мужчины. Дальше — хлеще: «Роды всегда проходят мучительно, но зато потом, когда все позади, когда поставлена последняя точка, чувствуешь удивительное облегчение и просветление...» Или, скажем, такое расхожее место: «Ни одной из своих книг я не могу отдать предпочтения, это как с детьми, их же всех любишь одинаково!» И еще: «Когда ты отправляешь рукопись в издательство, ты больше не влияешь на ее дальнейшую судьбу, все равно как выросший ребенок уезжает из родительского дома...»
А стоит, к примеру, появиться на окололитературной тусовке с детьми, как тут же какой-нибудь любитель безыскусных комплиментов умильно воскликнет: «Это ваше лучшее произведение!» И приходится очаровательно улыбаться в ответ, потому что если дать по морде, он вряд ли догадается, за что.
Ну, мужчины-то ладно, они вообще редко что-либо смыслят в тонких материях; но подобные пассажи доводится слышать и от писательниц-женщин, и даже иногда небездетных, — и тогда я не знаю, что и думать.
Все это колоссальнейшая пошлость — по ряду причин. Во-первых, потому что такое сравнение, столь удачно лежащее на поверхности, уже затаскано до невозможности; а как не затаскать, если не приходится и задумываться, само подворачивается на язык? Но при всей своей зримой очевидности оно в корне ложно, эта ложь тянется очень, очень глубоко, и она отнюдь не безвредна.
Попробую объяснить.
Когда книги сравнивают с детьми, такой подход выдает, я бы даже сказала, выбалтывает глубоко укоренившееся в обществе порочное отношение к детям. Расхожая, страшная и трагическая ошибка, которую повторяет поколение за поколением: воспринимать ребенка как свое творение, ключевое слово — свое. Новорожденный младенец с самого начала воспринимается как собственность, как произведение, как материал для дальнейшей, гм, редактуры. Отсюда и весь клубок проблем, связанных с воспитанием, и последующие нерешаемые поколенческие конфликты.
Ребенок — это другой, отдельный человек, уникальная личность, результат причудливой генной комбинации, но родитель не желает этого признавать, ему приятнее ощущать себя творцом, со всеми изначальными и неограниченными правами. Я тебя породил, и далее по тексту: такая установка слишком часто подменяет собой и честную наработку авторитета, и поиск равноправного человеческого взаимопонимания. А в результате и неоправдавшиеся надежды, и многолетние ссоры, и горький комплекс вины. Я же тебя сотворила, я писала тебя, как книгу, с самого рождения! — а ты? Что я сделала не так?!
Когда же детей сопоставляют с книгами (всегда в пользу первых: «а лучший из моих романов — конечно же, сын!»), поневоле выбалтывается другое, а именно — истинное отношение к литературе как к чему-то второсортному, необязательному, маловажному дополнению к настоящей жизни. Особенно неприкрыто сквозит оно в отношении литературного творчества женщины: мол, поиграла в бирюльки и ладно, а основное твое предназначение — рожать, не забыла? И вы еще удивляетесь, что я хватаюсь за пистолет, едва заслышав нечто подобное?..
Я отдаю себе отчет в том, что в большинстве случаев детско-книжные пассажи действительно произносятся на автомате, без всякой задней (и вообще какой-либо) мысли. Но высказанные слова имеют вес, ценность и силу и сами по себе, иначе, наверное, не было бы смысла вообще заниматься литературой.
Нельзя сопоставлять и тем более ставить на одну доску принципиально несравнимые вещи, за которые отвечают кардинально разные части нашего сознания, полярные грани личности, уникальные комплексы мыслей и чувств. Они близки настолько, насколько это возможно вообще, и в то же время космически далеки друг от друга, — дети и книги, книги и дети, самое дорогое, что у меня есть.
И это единственный контекст, в котором я позволю себе и кому бы то ни было их объединить.
А если кто-то хочет гарантированно вывести меня из себя, то вот вам готовый рецепт. Очень просто: выдайте в моем присутствии глубокий, гениальный, философский пассаж, в котором бы сравнивались, сопоставлялись, а еще лучше, отождествлялись дети и книги. Вот на дух не выношу. Потому что — нет большей пошлости на свете, как пели Никитины по другому поводу.
«Я два года ходил беременный этим замыслом!» — любят изрекать живые убеленные классики, кстати, все как на подбор основательной комплекции, не говоря уже о том, что мужчины. Дальше — хлеще: «Роды всегда проходят мучительно, но зато потом, когда все позади, когда поставлена последняя точка, чувствуешь удивительное облегчение и просветление...» Или, скажем, такое расхожее место: «Ни одной из своих книг я не могу отдать предпочтения, это как с детьми, их же всех любишь одинаково!» И еще: «Когда ты отправляешь рукопись в издательство, ты больше не влияешь на ее дальнейшую судьбу, все равно как выросший ребенок уезжает из родительского дома...»
А стоит, к примеру, появиться на окололитературной тусовке с детьми, как тут же какой-нибудь любитель безыскусных комплиментов умильно воскликнет: «Это ваше лучшее произведение!» И приходится очаровательно улыбаться в ответ, потому что если дать по морде, он вряд ли догадается, за что.
Ну, мужчины-то ладно, они вообще редко что-либо смыслят в тонких материях; но подобные пассажи доводится слышать и от писательниц-женщин, и даже иногда небездетных, — и тогда я не знаю, что и думать.
Все это колоссальнейшая пошлость — по ряду причин. Во-первых, потому что такое сравнение, столь удачно лежащее на поверхности, уже затаскано до невозможности; а как не затаскать, если не приходится и задумываться, само подворачивается на язык? Но при всей своей зримой очевидности оно в корне ложно, эта ложь тянется очень, очень глубоко, и она отнюдь не безвредна.
Попробую объяснить.
Когда книги сравнивают с детьми, такой подход выдает, я бы даже сказала, выбалтывает глубоко укоренившееся в обществе порочное отношение к детям. Расхожая, страшная и трагическая ошибка, которую повторяет поколение за поколением: воспринимать ребенка как свое творение, ключевое слово — свое. Новорожденный младенец с самого начала воспринимается как собственность, как произведение, как материал для дальнейшей, гм, редактуры. Отсюда и весь клубок проблем, связанных с воспитанием, и последующие нерешаемые поколенческие конфликты.
Ребенок — это другой, отдельный человек, уникальная личность, результат причудливой генной комбинации, но родитель не желает этого признавать, ему приятнее ощущать себя творцом, со всеми изначальными и неограниченными правами. Я тебя породил, и далее по тексту: такая установка слишком часто подменяет собой и честную наработку авторитета, и поиск равноправного человеческого взаимопонимания. А в результате и неоправдавшиеся надежды, и многолетние ссоры, и горький комплекс вины. Я же тебя сотворила, я писала тебя, как книгу, с самого рождения! — а ты? Что я сделала не так?!
Когда же детей сопоставляют с книгами (всегда в пользу первых: «а лучший из моих романов — конечно же, сын!»), поневоле выбалтывается другое, а именно — истинное отношение к литературе как к чему-то второсортному, необязательному, маловажному дополнению к настоящей жизни. Особенно неприкрыто сквозит оно в отношении литературного творчества женщины: мол, поиграла в бирюльки и ладно, а основное твое предназначение — рожать, не забыла? И вы еще удивляетесь, что я хватаюсь за пистолет, едва заслышав нечто подобное?..
Я отдаю себе отчет в том, что в большинстве случаев детско-книжные пассажи действительно произносятся на автомате, без всякой задней (и вообще какой-либо) мысли. Но высказанные слова имеют вес, ценность и силу и сами по себе, иначе, наверное, не было бы смысла вообще заниматься литературой.
Нельзя сопоставлять и тем более ставить на одну доску принципиально несравнимые вещи, за которые отвечают кардинально разные части нашего сознания, полярные грани личности, уникальные комплексы мыслей и чувств. Они близки настолько, насколько это возможно вообще, и в то же время космически далеки друг от друга, — дети и книги, книги и дети, самое дорогое, что у меня есть.
И это единственный контекст, в котором я позволю себе и кому бы то ни было их объединить.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2010-02-10 07:37 am (UTC)Одна знайома поетеса колись давно казала: "Я віддала доньку мамі, бо вона мені заважає займатися літературою..." Так можна спустити в унітаз життя - і тільки "займатися літературою". Що ж тоді буде для неї стимулом і сировиною? Правда, це вже з іншого пласту наших бідоцьких людських проблем:)
no subject
Date: 2010-02-10 07:42 am (UTC)Про такий вибір, і жертви, і обмеження - це інша тема зовсім. як на мене, то від масштабу особистості залежить. Якщо на творчість його не вистачає, а дуже хочеться, людина починає шукати, що їй, власне, заважає в житті. Хибний підхід від початку.
no subject
Date: 2010-02-10 07:46 am (UTC)колись Отар Довженко жалівся: "от я вислав рукопис, мені сказали, що книжка вийде і в мене почалась така післяпологова депресія..." я тоді якраз другого родила і дуже хтілось спитать шо ж він взагалі знає, про післяпологову депресію, крім назви, але не спитала, це ж нечемно
no subject
Date: 2010-02-10 07:55 am (UTC)Як на мене, це завжди має бути синтез, і він не повинен створювати фатальних проблем і приносити в життя поняття жертви. Поняття любові краще.
no subject
Date: 2010-02-10 08:06 am (UTC)no subject
Date: 2010-02-10 08:53 am (UTC)no subject
Date: 2010-02-10 09:16 am (UTC)Мабуть, і не зрозумів би, що не так.
no subject
Date: 2010-02-10 09:17 am (UTC)no subject
Date: 2010-02-10 09:18 am (UTC)no subject
Date: 2010-02-10 09:19 am (UTC)no subject
Date: 2010-02-10 01:00 pm (UTC)no subject
Date: 2010-02-10 01:03 pm (UTC)no subject
Date: 2010-02-10 01:14 pm (UTC)no subject
Date: 2010-02-10 01:16 pm (UTC)no subject
Date: 2010-02-10 01:18 pm (UTC)no subject
Date: 2010-02-10 01:21 pm (UTC)Кстати, сталкивался с этим высказыванием от первого лица.
no subject
Date: 2010-02-10 01:21 pm (UTC)no subject
Date: 2010-02-10 01:23 pm (UTC)no subject
Date: 2010-02-10 01:27 pm (UTC)no subject
Date: 2010-02-10 01:29 pm (UTC)no subject
Date: 2010-02-10 04:55 pm (UTC)Сравнения очень интересные. Но, может, когда говорят про "лучшее произведение", и впрямь это идет от чистого сердца? Лучший комплимент для матери - это похвала ее ребенку. И смотрю по своим знакомым писательницам-мамам, особенно, у которых детки только родились, так у них на первом месте однозначно дети, а творчество до поры до времени отодвинуто в дальний угол.
no subject
Date: 2010-02-10 07:54 pm (UTC)Конечно, не все могут. Многие люди так устроены, что в состоянии только чем-то одним заниматься.
no subject
Date: 2010-02-10 09:14 pm (UTC)no subject
Date: 2010-02-11 07:23 am (UTC)no subject
Date: 2010-02-11 06:40 pm (UTC)no subject
Date: 2010-02-11 06:55 pm (UTC)(конспиративно) у нас все схвачено!
no subject
Date: 2010-02-13 08:05 pm (UTC)no subject
Date: 2010-02-13 08:23 pm (UTC)no subject
Date: 2010-03-01 09:09 pm (UTC)Все-таки "книжная беременность" для меня какое-то такое явление узаконеное что ли, даже не знаю какие другие слова подобрать теперь уж:)))
По всем пунктам согласна, да, конечно - дети это НЕ мы. Эти все пошлости - это мое лучшее произведение - да, понимаю:))))
Просто когда я пару лет ношу в себе замысел, идею и она сама у меня растет и обрастает какими-то сюжетными подробностями, то так просто и естественно сравнить процесс находящегося внутри меня целого органичного такого мира - с ношением внутри сеюя целого, нового, человека.
no subject
Date: 2010-03-01 09:12 pm (UTC)Но исключения подтверждают правило, да.
no subject
Date: 2010-03-01 09:13 pm (UTC)первые три месяца золотое время для творчества:)