yusta_ya

НА СТЕНАХ ПИШУТ

Бургомистр. Ладно. Что в городе?

Тюремщик. Тихо. Однако пишут.

Бургомистр. Что?

Тюремщик. Буквы «Л» на стенах. Это значит – Ланцелот.

Бургомистр. Ерунда. Буква «Л» обозначает – любим президента.

Тюремщик. Ага. Значит, не сажать, которые пишут?

Бургомистр. Нет, отчего же. Сажай. Еще чего пишут?

Тюремщик. Стыдно сказать. «Президент – скотина. Его сын – мошенник»… «Президент…» (Хихикает басом.) Не смею повторить, как они выражаются. Однако больше всего пишут букву «Л».

(Евгений Шварц. «Дракон»).

…На феодосийской набережной кто-то рисовал цветочки и классики, и остались лежать два коротеньких мелка – желтый и голубой.

– Совпадение? Не думаю! – провозгласила я.

А дочка-школьница присела на корточки и по-быстрому нарисовала на асфальте маленький, в ладонь, украинский флаг. Да, наши дети теперь патриоты, я уже, помнится, писала об этом; ничего тут не поделаешь, такое время, война. Мы пошли дальше, а минут через десять она сбегала посмотреть, как он там. Вернулась довольная:

– Его уже фотографируют!

Вечером, правда, пошел дождь.

Вот вы смеетесь, а нам рассказывали в институте, каким действенным инструментом влияния на социум являются граффити, надписи на заборах и стенах: не те, которые из трех букв, про любовь или рок-группы, а политического содержания. Хотя казалось бы.

Представим себе: приходит к стене под покровом ночи один человек с мелком или баллончиком краски. Ну, пускай двое – второй стоит на стреме. Предположим, еще третий подсвечивает фонариком… Тем не менее, такую надпись окружающие подсознательно воспринимают как вербализацию общественного мнения, как глас народа. Это работает.

В Крыму сейчас тихо, что да то да, – но на стенах пишут. Кое-что о российском президенте – можно было бы и повторить, но вы и сами знаете, что именно. А чаще: «Крым – Украина». И рисуют желто-голубые флаги.

Ровно год назад, как раз к моему дню рождения, такая надпись появилась на набережной в Орджо; честное слово, это не я. Более того, лично я отношусь к надписям на стенах, как вы уже, наверное, поняли, скептически: ну, пришли эти два-три недобитых бендеровца, ну написали, выглядывая из-за угла, как французские мальчишки с картины Решетникова, и что? Что это может изменить?

Но потом надпись закрасили. Аккуратно, каждую букву отдельно, точь-в-точь как в комиксе Бидструпа про новобранца и полковника – читалась она еще долго, вполне можно было заподозрить саботаж. Теперь уже нет, потому что покрасили заново всю стену. И стену в центре Феодосии, где еще весной можно было прочесть длинную цитату из Григория Сковороды и призыв «Боже, спаси Украину!» – тоже. По всему Крыму методично и непрерывно закрашивают проукраинские надписи на стенах. Что всегда можно пояснить стремлением к чистоте и порядку, пачкать стены же вообще нехорошо.

В марте 2014-го я в ошеломлении увидела на стене дома – в моем родном городе! – надпись «Нет жидам!»; ничего подобного, сколько я помню, тут никогда раньше не писали. Знаете, она и сейчас на месте. И почему-то совсем никому не мешает.

Но желто-голубые флаги и крамольные надписи, подпадающие под закон РФ о призывах к сепаратизму, закрашивают. А они появляются вновь, и кто-нибудь обязательно фотографирует, а потом выкладывает в соцсети. Хотя какое это, в сущности, имеет значение?

В Крыму тихо, но власть предпочитает держать людей в тонусе. К примеру, заговорили о возможных терактах на полуострове; дай Бог, чтобы к сроку выхода этой колонки ничего подобного не произошло, ведь когда российские спецслужбы анонсируют теракты, это таки повод заволноваться. В качестве доказательства присутствия в Крыму проукраинских экстремистских сил приводят… все те же граффити. Просто надписи на стенах.

Следуя гэбистской логике, если человек способен в одиночку вывести баллончиком краски на стене слова «Крым – Украина», то он уже, конечно, террорист, и запросто соберет бомбу теми же руками. Такой человек способен на все! – и тому есть веское доказательство: он не боится.

Кто-то из журналистов написал, что эти граффити больше похожи на крики о помощи, сигналы с тонущей подлодки, призывы сделать хоть что-нибудь!.. адресованные украинским властям. Жест отчаяния, совершаемый в ситуации, когда реального простора для маневра уже не осталось. На что они влияют, эти надписи на стенах?

Но все-таки – их закрашивают.