Диверсии на оккупированной территории

Меня часто спрашивают, чем я на самом деле тут, в Крыму, занимаюсь. Срываю ли с государственных учреждений российские флаги, протыкаю ли шины полицейским мотоциклам, отравляю ли воду в последних источниках, пишу ли ночами на волнорезах всю лаконичную правду о Путине?

Нет. Всего этого я не делаю. И даже "слава Украине" почти не кричу.

Современные диверсии на оккупированной территории проворачиваются совершенно иначе. Например, я отгрохала на веранде обалденный ремонт. У меня теперь стены и потолок карамельного цвета, шахматный пол и плитка на кухне и в ванной с чашечками кофе и американской прессой времен "нового курса".

Ну, допустим, стены я грунтовала-шпаклевала-красила сама, это не считается диверсией. Но гипсокартон и плитку я не умею - это делали рабочие за деньги. Плюс стройматериалы, которые, как я уже писала, нынче вдвое дороже работ.

За все это я платила Настоящими Деньгами, т.е. национальной валютой Украины "гривня" ("гривна" - неправильно, чтоб вы знали). В качестве последнего аккорда 31 мая мне доставили из инет-магазина Феомаркет стиральную машину, а сегодня мне ее сантехник установил, тоже за гривни (он сам из Херсонской области и был не против).

Самое смешное, что примерно так же поступали сотни тысяч крымчан - все, у кого оставались гривневые сбережения. За эти месяцы нашими общими усилиями в экономику полуострова было влито черт-те сколько украинской национальной валюты. И пускай теперь Путин думает, что с этим делать.

А мы с Крымом с сегодняшнего дня сворачиваем диверсионную деятельность, переходим на рубли и в жесткий эконом-режим.